Главная >> Все произведения школьной программы по литературе в кратком изложении

 

 

 

 

А.С. Пушкин

 

Пир во время чумы. Маленькие трагедии

Улица. Накрытый стол

Председатель (Вальсингам) напоминает о тех, кто уже умер от чумы, говорит о некоем Джаксоне, рассказы которого «тому два дня назад наш общий хохот славил».

    Но много нас еще живых, и нам
    Причины нет печалиться.

Председатель просит Мери спеть. Мери поет о торжестве любви над смертью:

    ...
    И когда зараза минет,
    Посети мой бедный прах;
    А Эдмонда не покинет
    Дженни даже в небесах!

Слышится стук колес. Едет телега, наполненная мертвыми телами. «Молодой человек» просит Вальсингама спеть песню. Тот говорит, что споет гимн в честь чумы.

    ...
    Как от проказницы зимы,
    Запремся также от Чумы!
    Зажжем огни, нальем бокалы,
    Утопим весело умы
    И, заварив пиры да балы,
    Восславим царствие Чумы.
    Есть упоение в бою,
    И бездны мрачной на краю,
    И в разъяренном океане,
    Средь грозных волн и бурной тьмы,
    И в аравийском урагане,
    И в дуновении Чумы.
    Все, все, что гибелью грозит,
    Для сердца смертного таит
    Неизъяснимы наслажденья —
    Бессмертья, может быть, залог!
    И счастлив тот, кто средь волненья
    Их обретать и ведать мог.
    Итак, — хвала тебе, Чума,
    Нам не страшна могилы тьма,
    Нас не смутит твое призванье!
    Бокалы пеним дружно мы
    И девы-розы пьем дыханье, —
    Быть может... полное Чумы.

Входит Священник:

    Безбожный пир,
    безбожные безумцы!
    Вы пиршеством и песнями разврата
    Ругаетесь над мрачной тишиной,
    Повсюду смертию распространенной!
    Я заклинаю вас святою кровью
    Спасителя, распятого за нас:
    Прервите пир чудовищный, когда
    Желаете вы встретить в небесах
    Утраченных возлюбленные души.

Священник видит Вальсингама, удивляется, что он устроитель этого пиршества, — «кто три тому недели, на коленях труп матери, рыдая, обнимал и с воплем бился над ее могилой». Вальсингам:

    Зачем приходишь ты
    Меня тревожить? Не могу, не должен
    Я за тобой идти: я здесь удержан
    Отчаяньем, воспоминаньем страшным,
    Сознаньем беззаконья моего
    И ужасом той мертвой пустоты,
    Которую в моем дому встречаю.
    ...
    Отселе — поздно — слышу голос твой.
    Меня зовущий, — признаю усилья
    Меня спасти... старик, иди же с миром;
    Но проклят будь, кто за тобой пойдет!

Вальсингам бредит о своей умершей жене:

    Меня когда-то
    Она считала чистым, гордым, вольным —
    И знала рай в объятиях моих...
    Где я? Святое чадо света! вижу
    Тебя я там, куда мой падший дух
    Не досягнет уже...

Священник говорит: «Спаси тебя, господь!» — и уходит. Пир продолжается. Председатель остается погружен в глубокую задумчивость.

 

 

Рейтинг@Mail.ru