Главная >> История России. 10 класс. Данилов

 

 

 

 

Глава 1. Введение в историю

 

§ 2. История и познание истории (продолжение)

Что такое исторический источник

Прошлое доходит до нас в определённых формах, о нём напоминающих. Эти формы обычно и называют историческими источниками.

Одни источники представляют собой часть отошедшей в прошлое реальности, её реликты (орудия труда, монеты, археологические памятники, культовые здания, грамоты, хартии, соглашения и т. п.). Они дают непосредственную информацию об исторических событиях. Их принято называть остатками.

Другие источники сообщают о прошлом, описывая, оценивая, изображая его (летописи, хроники, дневники, художественные произведения, воспоминания, наставления, законы, деловые записи и пр.). Это так называемые предания, сообщающие об исторических событиях опосредованно, сквозь призму сознания создателей этих источников.

Изучение любого исторического источника представляет собой сложную научную задачу, предполагающую не пассивное следование за ним, а активное и пристрастное «вторжение», «вживание» в его структуру, смысл, специфику формы, содержание, язык, стиль.

Начнём с того, что отдельные свидетельства, имеющие для науки огромное значение, вообще не сохранились. Часть из них содержалась в источниках, по разным причинам до нас не дошедших. В огне костров и пожаров Великой французской революции исчезли сеньориальные архивы с протоколами судебных заседаний, записями правовых норм, определявших экономическое и юридическое положение крестьян. В огне войны 1812 г. был уничтожен список, в котором находился текст «Слова о полку Игореве», великой поэмы, обнаруженной А.И. Мусиным-Пушкиным в конце XVIII в. Невозможно определить, какое количество источников унесли с собой войны, революции, перевороты, стихийные бедствия, трагические происшествия...

Но и те источники, которые доступны историку, требуют серьёзного изучения (или, как нередко говорят, критики). Прежде всего нужно определить подлинность источников, находящихся в распоряжении историка. Это нередко требует чрезвычайно высокой квалификации. Необходимо знать очень многое: характер письма, писчего материала, особенности языка, его лексики и грамматических форм, специфику датировки событий и употребления метрических единиц...

Но даже подлинность источника не гарантирует его достоверности. Часто извлечённые из него сведения неточны, ошибочны, ложны. Иногда причины искажения информации очевидны — достаточно, например, задуматься о том, в какой мере был осведомлён автор об описываемых им событиях или какие личные интересы преследовал, участвуя в них. Зачастую в поисках правды историку приходится проделывать скрупулёзную работу, выявляя всю совокупность факторов, влиявших на достоверность сведений. Он должен ясно представлять себе обстоятельства появления источника, личные, политические, сословные, религиозные, партийные пристрастия его создателя.

И ещё одно важное соображение. Мышление людей прошедших эпох существенно отличалось от мировосприятия современного человека. То, что представляется нам случайным, могло привлекать их внимание, и, наоборот, они не замечали вещей, кажущихся нам крайне важными.

Чем дальше мы уходим в глубь времён, тем сложнее становится разобраться с содержащейся в источниках информацией. Историк должен овладеть тайнами такого прочтения источника, которое учитывало бы специфику эпохи, особенности личности его создателя. Только тогда ему станет доступной и так называемая ненамеренная, косвенная информация, содержащаяся практически в каждом источнике. Искусство историка — это, в частности, и искусство правильно и точно ставить вопросы к источнику, умение «разговорить его».

На каком языке говорит историк

С известной долей условности можно выделить три «ключа», питающие язык современной исторической науки.

Первый «ключ» — термины и понятия письменных (преимущественно) источников. Любой источник даёт множество частных понятий, обязывающих историка установить их смысл, сферу применения и границу использования.

Второй «ключ» — термины и понятия, вырабатываемые исторической наукой для упорядочения, систематизации разнородного первичного материала. Широта обобщения может быть различной: от, скажем, понятий сословное представительство, ранняя тирания, принципат, промышленный переворот до категорий Средневековье, капитализм, цивилизация.

Третий «ключ» — понятия и категории, на высоком уровне абстракции формируемые совокупностью социальных наук: социологией, философией, политологией, антропологией, культурологией (общество, государство, культура, мобильность и пр.).

В отличие от естественно-математических дисциплин историческая наука не имеет строго упорядоченной, жёстко определённой терминологии, исключающей многозначность, двусмысленность, неясность понятийного аппарата. Сказанное относится как к терминологии источников, так и к понятиям, вырабатываемым исторической и другими социальными науками.

При использовании понятий, которые призваны закрепить результаты анализа, классификации, объяснения и синтеза первичного материала, возникает другая трудность. В силу разных причин их значение становится предметом дискуссий. Что такое феодализм? Известно не менее дюжины авторитетных определений. Что понимать под цивилизацией? промышленным переворотом? эллинизмом? Список бесконечен. За каждым вопросом о термине — проблема исторического познания, сути, смысла, концепции.

Познание истории невозможно без обращения к категориям, общим для всех отраслей социального знания. Историк наполняет их конкретным содержанием. Его интересует не общество, как таковое, а, допустим, феодальное общество Франции XII в. или мир германских племён накануне Великого переселения народов. Он изучает не государство вообще, а механизм власти и управления, свойственный «самодержавству» Ивана Грозного или империи Наполеона I. Тем самым он находит свою «нишу» исследования. Но, заполняя её, историк зависит от того понимания соответствующих теоретических категорий, которые он приемлет или отвергает.

Итак, исторические понятия не столь строги, как термины точных наук. Важно, однако, понимать, что они рождаются не только сознанием историка, но и реальностью прошлого, на познание которого направлены его усилия. Выражая эту реальность в терминах, понятиях и категориях, он делает решающий шаг к её объяснению, интерпретации и пониманию.

Архитектура истории

Историк, выявляя и изучая источники, труды предшественников, преодолевая терминологические барьеры, стремится знать не только, «как это было на самом деле», но и почему так было, с чем это связано и почему не произошло иначе. Он пытается выявить факторы, определявшие движение истории, открыть её смысл, направление, цель. Историк хочет объяснить прошлое. Ему не обойтись без фундаментальных теорий, концепций, определяющих исходные принципы понимания и интерпретации исторического процесса.

Л. Февр так описал состояние исторического исследования, после того как установлены и проверены на достоверность источники, изучены труды предшественников, преодолены терминологические барьеры: «Поля истории усеяны грудами камней, кое-как отёсанных. Камни эти ждут толкового архитектора».

Мы рассмотрим три направления, определившие «лицо» исторической науки (историографии) в XX в.

Формационный подход к истории. Отечественная историография 20—80-х гг. XX столетия считалась марксистской, она опиралась на теорию, детально разработанную в середине и второй половине XIX в. К. Марксом и дополненную Ф. Энгельсом. Закованная в конце 30-х гг. XX в. в броню догматизировавших марксизм положений «Краткого курса истории ВКП(б)», она на долгие годы стала единственной официально признанной в нашей стране. В упрощённом виде марксистский взгляд на исторический процесс можно представить в виде такой схемы:

Марксистский взгляд на исторический процесс

Влияние марксизма на историческую науку в XX в. было значительным. Марксистский (или формационный) подход к истории позволяет изучать общественное развитие сквозь призму объективных, не зависящих от сознания людей факторов, устанавливать определённую периодизацию всемирно-исторического процесса, выявлять его закономерности. Однако у этого подхода имеются и слабые стороны. Прошлое большинства народов не подтверждает взгляд на историю как на последовательную смену формаций. Принцип экономического детерминизма, согласно которому все общественные отношения (политические, духовные, культурные, религиозные) в конечном счёте определяются уровнем развития материального производства и зависят от него, оказался слишком абстрактным, чтобы объяснить ход истории. Вольно или невольно, но человек, его деятельность в таком случае отодвигаются на второй план.

Формационный подход, таким образом, имеет определённые пределы, в которых он действенен и даёт интересные результаты. В качестве же универсального способа изучения истории во всём многообразии её проявлений марксистская теория рассматриваться не может.

<<< К началу параграфа                               Окончание параграфа >>>

 

 

Рейтинг@Mail.ru